Ну, что бы такого рассказать вам под Новый год? А пожалуй, вот это. Можно назвать сей опус "Записки юного врача" но не хочется плагиатить Михал Афанасича.
После института был я направлен по распределению (я думаю, многие знают что это такое, а ежели нет - папа с мамой расскажут) в село Боголюбово (а, колорит?) Смоленской области Холм-Жирковского района, в номерную райбольницу в качестве уже самостоятельного доктора-стоматолога. В общем, почти по Булгакову. Командовал этим богоугодным заведением мой практически ровесник, терапевт. Хирургическую службу представлял орел-мужчина предпенсионного возраста, Владимир Матвеевич, которого местные почтительно называли "Матвеич". Добротный клиницист с хорошими руками, по осени и весне облачавшийся в армейский плащ, широкополую черную шляпу и хромовые сапоги - выглядел он весьма стильно. Ну несколько медсестер, санитарок, завхоз и два водителя.
Надобно сказать, что общение с докторами благотворно повлияло на мои практические навыки, ибо оба многое знали и умели. А так как специалистов с высшим медицинским образованием было всего трое, приходилось вашему покорному слуге и терапевта иногда подменять, и хирурга, и дежурить по ночам. Всякое бывало - и вывихи вправлял, и раны зашивал, вот только роды принимать не приходилось.

Ну и по своей специальности - в одну сторону 50 верст до ближайшего стоматолога, в другую - 60. Мда...
Ах, эти прелести сельской жизни! Бескрайние поля, леса, пейзане, уважительно снимающие шапку при встрече с доктором, речка с солнечными пляжами, именуемая Вопь, домашние яйца, молоко и сало, осенью непролазная грязь по колено, которую так весело было форсировать на "УАЗе", зимой метели, жалобный вой волков по ночам, охота, самогон, танцы в клубе, опять самогонка, вино, девицы...
Вот такая была больница.
Вложение:
02.jpg [ 119.97 КБ | Просмотров: 853 ]
Вложение:
03.jpg [ 111.59 КБ | Просмотров: 853 ]
Сейчас ее нет, перепрофилировали в дом-интернат для престарелых. В общем то особо ничего не изменилось за эти тридцать с небольшим лет. А когда то на втором этаже имелся стационар на 35 коек.
А между тем заканчивался 1987 год, вышел в эфир "Взгляд", на окраинах пока еще целой Империи закопошились националы, сильно возжелавшие суверенитета и демократии. Первыми, как всегда, прибалты. Хитрожопые нэзалэжники только присматривались, что из этого выйдет. В пьющей стране тяжелым катком, ломающим десятилетиями выращиваемые сорта винограда, которые в нормальном государстве считались бы национальным достоянием, катилась Перестройка. В арьергарде плелись тощая желчная Трезвость в компании с одышливой и подслеповатой Гласностью. В Москве появились первые ВАЗ-2109, 17 декабря умер Аркадий Райкин...
На весь ноябрь-декабрь мой главврач уехал на учебу, оставив меня исполнять свои обязанности. И вот ранним утром 30 декабря примчался завхоз нашей больницы, и давай молотить в мою дверь, перепугав подругу, оставшуюся переночевать (опоздала на последний автобус, бывает). Когда я отпер дверь, он влетел в комнату:
- Евhеничь, беда!
- Что стряслось, война?
- Хуже!
Оказалось вот что - при нашей больнице была кочегарка, в ней посменно работали три кочегара. Один нормальный, а двое местные алкаши. И вот один из них, ужрамшись, заморозил трубы. Полетели задвижки, и самое главное, два электромотора, гонявшие воду. В общем, набив морду этому ушлепку и получив хотя бы моральное удовлетворение, Иван Мироныч Кравчик (о, это личность, требующая отдельной главы, как нибудь распишу его приключения) помчался с докладом к вашему покорному слуге, исполнявшему обязанности главного врача.А морозец меж тем не то что сейчас перед Новым годом, а как положено по Уставу, -19 градусов. Пошел по палатам. Надобно заметить, стационар не пустовал, человек 15 пациентов имелось, в подавляющем большинстве престарелые бабульки, которые жили одни, и которым зимой приходилось совсем тяжко вот они с декабря по март и отлеживались у нас в больничке, благо диагнозов подходящих у них хватало. В палатах батареи остывают, но здание еще держит тепло.
Ну что, говорю, девушки, до вечера пока прохладно будет, потом все исправим.
Они в ответ - ты уж постарайси, милок, сам видишь, нам уж и до погоста недалеко, организьм слабый. Сделай, доктор, божескую милость, не бросай нас, старух. Как можно-с, отвечаю, все сделаем!
В общем, распорядился в каждую палату по два обогревателя поставить, да на каждую бабульку по три одеяла. И чайку им горяченьког. А сам с верным Миронычем полетел к предсельсовета. Он выслушал, задумался, а придумать ничего не может. Единственно, чековую книжку мне выдал, с подпсью. Давай, говорит, доктор, попробуй как нибудь, да где нибудь. Вот так...
Ну что, взял я чековую книжку, котомку на плечо, посох... Э, что то не то.
А, взял я полтора литра спирта, своего Санчо Пансо ибн Кравчика, сели мы в УАЗ-452, в просторечье именуемый "буханкой" или "таблеткой" и тронулись в дальний путь.
Матушка моя, царствие ей Небесное, работала в ту пору председателем профкома на Ярцевском хлопчатобумажном комбинате, который в ту пору насчитывал аж 12 000 человек.
Вложение:
04.jpg [ 472.77 КБ | Просмотров: 853 ]
А в самом городе Ярцево я проживал когда то в этом дивном зеленом микрорайоне.
Вложение:
05.jpg [ 125.45 КБ | Просмотров: 853 ]
Так вот, созвонившись с матушкой и изложив ей свою беду, был получен ответ - приезжай, что нибудь придумаем. И помчались мы по заснеженному тракту, я в кабине, а Мироныч в салоне "буханки". А чтобы не замерзнуть, он всю дорогу наворачивал сало з цыбулею и чутка самогончику. Так что через 30 верст настрроение у него поднялось настолько, что он даже попытался спеть нам с водителем нечто народное, вроде "Гей на горі, там женці жнуть", но был остановлен. Кстати сказать, выпил он всего две стопки мелкие самогону, так что почитай был абсолютно трезв.
В общем, по приезде матушка направила меня в электроремонтный цех. Мужики посочувствовали моей беде, пообещали перемотать моторы, но не раньше 2 января. Ну вот, приехали!
- А за спирт?
- Доктор, так с этого и надо было начинать!!!
В стране, измученной горбачевской трезвостью, спирт, да еще накануне Нового года, был самой крепкой валютой!
В общем, сдал я им моторы, а они мне взамен два почти новых. За литр спирта. Ну что, один вопрос решен, хорошо.
Оставалось найти задвижки РУ-80 и РУ-100. На комбинате такого не было, но подсказали мне сведущие люди, что этим добром можно разжиться на Ярцевском чугунно-литейном заводе. Филиал ЗИЛа, самое крупное предприятие такого типа в Европе, московское снабжение, все дела. Сейчас этого уже нет, увы. Ну загрузились в машину, поехали. Проходная: кто, куда, зачем? Так мол и так, главврач Батуринской райбольницы, по делу к главному инженеру. А этот колхозник с вами?
Мироныч собрался матюгнуться, и даже открыл для этого рот, но я его быстро уволок в приемную. В общем, послали нас... нееет, не туда, куда вы подумали, а прямиком к главному инженеру. Тот выслушал, усмехнулся, как расчитываться будете, доктор? Я ему чековую книжку. Он: - Годится! Тебе только задвижки нужны?
Смотрю, мой Мироныч ушки насторожил, и скромненько так из за моего плеча списочек подает, уже успел накропать, шельма!
Главинженер глянул, одобрил, все бумажки оформили - и на склад. А там для Кравчика натуральный Клондайк! Ну он и пошел грести все, на что око глянет. В результате загрузили "буханку" под завязку. Приехали назад уже во второй половине дня, моторы быстро поставили, пока нас не было, мужики трубы грели, молодцы. Арматуру установили, запустили - пошло тепло! Через час мои бабки уже из под одеял повылезали, Кравчик в ночь сам вызвался уголек подкидывать. Я ему за это поллитра спирта ссудил - ну не выливать же.
31 декабря уехал в Ярцево Новый год встречать, вечером позвонил, поздравил медсестер. Ну как, спрашиваю, тепло? Тепло, Михал Евгенич, тепло! Ну, с Новым годом!